The logo! Oh Johnny.

Photo: Amazon.com.

К этому: http://nnikif.livejournal.com/428982.html.

История про изнасилование пронзительно доставляет, милый маленький соц-антрополог, ну-ка, от души. Особенно мне нравится то, что виновник из себя городит такого Бэрроуза-Телля, что уже не помнишь про презумпцию невиновности. В резонансе тоже славные крошки: то в козлиных тапках танцуют, то в Эйн Рэнд заигрываются, и это, конечно, вообще красота. Но девочку жалко и так, а ведь ещё могут затроллить.

Коля Никифоров поступил абсолютно правильно, причём, даже независимо от всех имеющихся и не имеющихся импликаций. Это что-то типа гражданского whistle blowing, и адекватная реакция душевно здорового человека на любую аберрацию от нормы — что бы она под собой не таила. Поступок Коли — не геройский, по-хорошему, а норма. Но в условиях российской слякоти получается почему-то геройский. Ну окей. Мне вот очень нравятся колины мысли и тексты, и не хочется, чтобы его это всё как-то поломало, и события, и то, что дальше — а толпа, охваченная гендерными стереотипами, которые и порождают, по сути, центральную ситуацию, улюлюкает и выпускает медведя, почему, мол, Коля, не раскидал всех — я думаю, так бы выглядела реакция любителей Ван Дамма на “Красивую работу” Клер Дени, “почему голые мужики танцуют парами, они что, педики? зассали? когда драка?”

Если отложить высшие сферы и спуститься в живую плоскость, я мечтаю, чтобы вокруг всегда были такие люди, как Коля. Рассказываю. Я, девочка, обладаю рядом отверстий, куда теоретически можно присунуть. Ещё я люблю выпить в Солянке и даже местах пострашней, люблю ходить в незнакомые гости, показать сиськи на камеру или так. Я живу прекрасной юной жизнью. –Тут временной слот специально для бросания камней.– Со мной не случалось жутких историй, повезло, но вполне могли бы. Буду ли я виновата, если вдруг? Будут ли грешны мои нежные отверстия? Нет. Потому что насиловать — это уголовное преступление и нельзя. Независимо от того, насколько пьяна жертва (девушка, мальчик), насколько по собственной воле жертва приехала в гости и откуда. Кто-то считает по-другому, с монологами про развратных русалочек — ну это опять к безумной Рэнд ranting about “rape by engraved invitation” — и остаётся только предположить, что если у них вдруг аппендицит, то вырезать его будет кухонным ножом и грязными руками дворник. До цивилизации малыши не доросли.

Да, не могу не отметить гротескное. Всегда казалось, что Трушевский художник бесполезный и глупый, прокачанный, видимо, от безысходности — это, кстати, всё равно. Но вот однажды у Трушевского была выставка рядом с выставкой Барбары Крюгер. Видео смотреть необязательно, там неприятно слащавая Свиблова, и целлулоидная комментаторша Рудык, похожая на злого ребёнка, ликует про то, что сдохли черепашки. Просто на фоне всего выплюнутого мне кажется удивительным совпадением и восхитительным куском иронии соседство работ великой умницы феминизма Крюгер и откровенного шовиниста Трушевского.

(И естественно: хуйня с пузыриками и черепашки в стразах как критика гламура? Серьёзно? В 2008 году, а не в 90-ые, когда всё кончилось и знает об этом даже Ральф Виггам? My ass. Or should I say “my offensively penetrable ass” to appeal to the misogynist line of thought?)

Collages by Barbara Kruger.

Apparently, есть такая версия, что Чёрную орхидею (Black Dahlia), убил Орсон Уэллс. Версию выдвинула старушка из Вайоминга Мэри Пасио — когда ей было 12 лет, взрослая девушка Бет Шорт, та самая Орхидея, сводила Мэри в кино и купила ей молочный коктейль. Потом Бет кто-то распилил надвое, а Мэри принялась видеть ночные кошмары о старшей подружке. Выросла художницей и принялась писать курчавые портреты убитой товарки. А однажды прикинула, что великий, ужасный и одышливый Уэллс — идеальный подозреваемый. Ну, потому что нрав у него известно был дурной, а тут ещё картинки всплыли, – декорации к дому ужасов из “Леди из Шанхая” целиком, не вошедшие в фильм, где сплошь манекены с разрезанными до ушей ртами, отпиленными ногами и разрубленными телами. То есть, очень похожи на труп бедняжки Бет.

Тут старушка Пасио сопоставила дату убийства со временем съемок “Леди из Шанхая” и разводом Уэллса с Ритой Хэйворт, и узнала, как молодой ещё Уэллс веселил однажды солдат трюком с распиливанием помощницы. Потом выяснила, что, вроде как, и он, и красотка в чёрном захаживали в 1947-м в один и тот же дайнер (не сомневаюсь, что там ещё был и Эд Вуд) с резными кабинками. На этом мисс Марпл молочных коктейлей решила, что больше доказательств не требуется и обрисовала картину преступления: Уэллс знакомится с Черной Орхидеей в дайнере, занимается с ней страстной любовью, потом убивает её и уродует, рвёт рот, тушит сигарету об соски, распиливает пополам, спускает кровь. Скрывается с места преступления, экстренно режет фильм, чтобы без палева, и на 10 месяцев укатывает в Европу.

Ух ты.

Photos from Mary Pacio’s website “Black Dahlia”.