It’s so sad about Malcolm McLaren, he was absolutely awesome, I think. How lucky it was to get to know him, — and he was also that close to becoming my landlord. Then the stories, the style! Oh, what the hell. I wish I could be Malcolm McLaren when I grow up. The sooner the better.
Так жалко: Малькольм Макларен был ужасно крутой, по-моему. Очень повезло с ним познакомиться, он даже чуть моим лендлордом не стал. А истории, а стиль! Да чёрт возьми, я очень хотела бы быть как Малькольм Макларен, когда вырасту. И лучше бы поскорей.
Делегирование — это химера из мира бюрократии и экономических структур. Делегирование, перемещенное в сферу стилистики становится опасным, да и вовсе бессмыссленным. Художники делегировать не в праве, воры и убийцы не могут, в политике известно чем заканчивается. Потому что делегировать можно только холодную скользкую тушку финансового баланса. Иначе, получается, как когда дорогой клипмейкер Марк Романек снимает для Nine Inch Nails клип “The Perfect Drug”, и я очень люблю NIN, но клип этот скучнейшая готская синева с закосом под викторианское, а никакая не ожившая книжка Эдварда Гори. И вообще, никто Гори кроме меня не чувствует, я вам покажу.
Делегирование вызывает у меня брезгливость. Очень много нужно навыков, оказывается, и я теперь стараюсь их приобретать.
Delegation is a chimera from the world of bureacracy and economic structures. Delegation in the area of stylistics is dangerous, even meaningless. Artists have no right to delegate, thugs just can’t, we all know how it ends in politics. Because one can only delegate the cold, slippery carcass of a balance sheet. Otherwise, it’s like when the expensive director Mark Romanek makes a Nine Inch Nails music video “The Perfect Drug” — and I do love NIN but the video is just a monotony of goth and blue which is supposed to look Victorian, not an Edward Gorey book come to life. By the way, no one feels Gorey like I do, I’ll show you.
I’m disgusted by delegation. One needs a lot of skills, it turns out, and now I’m all about acquiring them.
Мой любимый актёр и певица Дивайн умер за день до намеченного кастинга в сериал “Женаты с детьми” кинокомпании FOX. В похоронной открытке от FOX было написано: “Не хотел с нами работать — так бы и сказал”.
Я не хочу быть умной, а хочу, как Виктория Бэкхем в детстве, быть стиральным порошком. Вот Клод Леви-Стросс умный, и он умер, а я расстроилась и один раз отрывисто вздохнула. А Майкл Джексон не за ум любим, и он умер когда ещё, но я всё сижу и плачу, вот сейчас, например, смотрю трибьют Бейонсе Майклу, дрожащей рукой и на корявую камеру снятый в Москве, и очень плачу. Я не могу успокоиться, и никто не может успокоиться, потому что Майкл самый прекрасный на свете грустный, несчастный принц. Важнее ничего быть не может. I pray it won’t fade away.
Ирина Аллегрова мечтает быть как Сэнди Крисп, а я мечтаю снять Ирине Аллегровой клип на драматическую песню. Я бы её одела в Оуэнса и Пью и волосы обратно в чёрный, и все бы умерли от невозможного счастья.
When Dweezil was born, Gail decided to have `natural child- birth’. At that time, the only hospital in Los Angeles that would allow this process to occur with a Dad in the delivery room was Hollywood Presbyterian Hospital.
When it was time for the Big Delivery, we experienced a slight delay – we had to fill out a mass of papers before they’d let us in, riddled with irrelevant questions like: “What religion are you?”
Gail looked at me and said “What do we put?” I said, “Musician.”
That was the first thing that upset the admitting nurse. The second thing to spoil her afternoon was when she asked: “What are you going to name the child?” Gail said, “Dweezil.”
Gail’s got a funny looking toe which had been the source of family amusement so often that it had aquired a `technical name’: it wasn’t really a toe – it was a “Dweezil.” I thought then and continue to think today, that Dweezil is a nice name. Fuck the nurse if she didn’t like it.
The nurse pleaded and pleaded with us not to name the child Dweezil. Labor pains and all, she was going to make Gail stand there unless we gave her another name to put on the form. I couldn’t see letting Gail suffer just to argue the point, so I rattled off an assortment of names of guys we knew: IAN (Underwood) DON (van Vliet) CALVIN (Schenkel) EUCLID (James “Moterhead” Sherwood) As a result Dweezil’s original birth certificate name was Ian Donald Calvin Euclid Zappa. The nurse thought that was okay.
In spite of this harrowing experince, we always called him Dweezil. He was five years old when he discovered the `real names’ on his birth certificate.
Dweezil was very upset, and demanded that steps be taken to rectify this tragedy. We hired an attorney and had his name legally changed to Dweezil.
Frank Zappa with Peter Occhiogrosso, The Real Frank Zappa Book.
